00:52   27 мая
Оперативники задержали в Московской области мужчину и женщину, похищавших деньги со счетов компаний с помощью фиктивных исков. Криминальная парочка, по информации правоохранителей, умыкнула около 20 миллионов рублей. А чтобы омолодиться и заодно уйти от преследования мужчина сделал пластическую операцию
разборка, нахальные расследования

Марлезонский балет строгого режима, или вежливость опасна для здоровья

Текст: Фима Жиганец Фото: wikipedia.org
29.03.2019 21:11
1.3K
Вертухайские традиции в российских местах лишения свободы успешно поддерживались даже в самые «гуманные» годы. Старое доброе физическое и моральное насилие над арестантами, их избиение и унижение – неотъемлемая часть тюремной жизни. Навсегда ли?  

Поклонится – голова не отломится

Одно из моих любимых детективных произведений – детская повесть Юрия Коваля «Приключения Васи Куролесова». Там все совершенно, начиная с первой фразы: «Что мне нравится в черных лебедях, так это их красный нос». К содержанию книги это глубокомысленное замечание не имеет никакого отношения. Но зато создает соответствующее настроение. 

Источник: la-croix.com


Вот и свои заметки я хотел бы начать примерно в том же ключе: «Что мне нравится в руководстве ФСИН, так это…». Не угадали. Вовсе не красные клювы. Хотя, судя по недавней инициативе федеральной службы исполнения наказаний, носы отдельных господ-товарищей, возглавляющих упомянутое ведомство, вполне могут иметь соответствующий оттенок. Потому что нетривиальные предложения, которые извергают чиновники нашей пенитенциарной системы, на трезвую голову родить сложно. 

Итак, что мне нравится в руководстве ФСИН, так это отчаянно смелый полет его мыслей и (не побоюсь этого слова) фантазий. Казалось бы, отчебучат такое – полный атас. Ан нет! Как пел Владимир Семенович: «Круче некуда уже – а он еще!». К чему я клоню, на что намекаю? Да какие намеки, когда речь идет о судьбоносном решении исполнительно-наказующих начальников. «Нахаловка» о нем уже вскользь упомянула в материале «Мы больше так не будем…».  

Фрагмент картины "Привал арестантов", художник Валерий Якоби, 1861 год.


Понимаете, в каждом уважающем себя учреждении есть печатный и непечатный свод правил поведения. При входе в церковь мужчины снимают головной убор, а женщины должны покрывать голову платком. В ковбойских салунах посетители даже в глубоком подпитии не стреляют в дрянных таперов. В школе Соломона Кляра предупреждали:

Дамы, не сморкайтесь в занавески –
Это неприлично, вам говорат!
Это неприлично, негигиенично
И несимпатично, вам говорат!

Свои правила поведения существуют и в Федеральной службе исполнения наказаний. Они закреплены в «Кодексе этики и служебного поведения сотрудников и федеральных государственных гражданских служащих уголовно-исполнительной системы», утвержденном Приказом ФСИН РФ №  5 от 11 января 2012 года. 

Спору нет, этический кодекс – дело благое. Конечно, сотрудники уголовно-исполнительной системы (по крайней мере, большинство из них) в занавески давно уже не сморкаются. Но есть другие табу, которые не лишне освежать в их памяти. На то и направлен документ, выработанный и принятый в недрах ведомства. Он основан в том числе на положениях Международного кодекса поведения государственных должностных лиц Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций от 12.12.1996 г. и Модельного кодекса поведения для государственных служащих Комитета министров Совета Европы от 11.05.2000 г. 

Фрагмент картины "Привал арестантов", художник Валерий Якоби, 1861 год.


Кодекс этики сотрудников ФСИН служит целям воспитания «высоконравственной личности сотрудника и федерального государственного гражданского служащего, соответствующей нормам и принципам общечеловеческой и профессиональной морали». А высоконравственной личности рекомендуется воздерживаться от:

«а) любого вида высказываний и действий дискриминационного характера по признакам пола, возраста, расы, национальности, языка, гражданства, социального, имущественного или семейного положения, политических или религиозных предпочтений;

б) грубости, проявлений пренебрежительного тона, заносчивости, предвзятых замечаний, предъявления неправомерных, незаслуженных обвинений;

в) угроз, оскорбительных выражений или реплик, действий, препятствующих нормальному общению или провоцирующих противоправное поведение».

В принципе все изложено достаточно ясно и возражений не вызывает. Однако в середине марта был опубликован проект внесения изменений в Кодекс этики сотрудников ФСИН. Дело житейское, как говаривал товарищ с пропеллером. Поправок этих – с гулькин нос. Чисто внутриутробная суета: чего-то добавили, чего-то убавили. Нет же, дотошным журналистам надо раздуть сенсацию. И раздули! 

Внимание въедливых щелкоперов и бумагомарак привлек пункт 15, согласно которому «в случае нарушения сотрудником или федеральным государственным гражданским служащим прав и свобод гражданина сотрудник или федеральный государственный гражданский служащий приносит извинение добровольно или в соответствии с вступившим в законную силу решением суда».

Фрагмент картины "Привал арестантов", художник Валерий Якоби, 1861 год.


Авторы поправок в пояснении растолковали: «В настоящее время в законодательстве Российской Федерации отсутствует действующая норма, устанавливающая обязанность принесения извинений сотрудниками и федеральными государственными гражданскими служащими УИС лицам, пострадавшим от противоправных действий сотрудников и федеральных государственных гражданских служащих УИС, а также их родственникам». А вот от сотрудников прокуратуры и полиции Уголовно-процессуальный кодекс РФ таких извинений требует! Чем мы хуже? – возмутились сотрудники ФСИН. Тем более что подобные изменения вносятся с целью «формирования позитивного облика сотрудников и федеральных государственных гражданских служащих» уголовно-исполнительной системы. Казалось бы, новая норма должна вызвать шквал аплодисментов. Особенно со стороны арестантов и их родственников. Однако те, с кем у меня была возможность побеседовать, в лучшем случае лишь скептически усмехались. Но почему?

Гуманизм или онанизм?

Мои собеседники смысл поправок сформулировали просто: «Когда коту делать нечего…». Как бы это помягче? В общем, он начинает активно заниматься личной гигиеной. 

Источник: laughhouse.site


Возражение первое, от лица «сидельцев»:

– На кой шут мне сдалось извинение «начальничка»? Ведь ясно, что оно мне же боком и выйдет. Да, бывают ситуации, когда ментовский беспредел перехлестывает через край. И что, я пойду требовать извинений у «отрядного», «кума», прапора или, прости господи, «хозяина» – начальника зоны? Я что, мозгами ляпнулся? Да они меня уроют на счет раз! 

– Подожди, но ведь надо же как-то бороться за свои права, надо же призывать беспредельщиков к ответу.

– Здравствуй, дедушка Мороз! Да и сейчас существуют законы, по которым должны отвечать зоновские сотрудники, которые берегов не видят. Я или мои родаки можем возбудить по факту уголовное дело, в суд обратиться. Только обстановка за «колючкой» такая, что подобное обращение обойдется тебе дороже. В СМИ сейчас что ни день, то сообщения: то на крытке кого-то сотрудники покалечили, то на зоне заставляли по 12 часов работать за бесплатно, за «я боюсь», то десяток ментов два часа измывался над арестантом, все это сняли на видео и выложили в сеть, уроды. И что, «захар кузьмич» должен после этого выслушивать извинения от этих маньяков: «прости, что мы тебя отбуцкали, как бабай ишака»? Сделайте так, чтобы невозможно было вести себя с осужденными по-скотски! А если кто-то такие фирули себе позволит, пусть отвечает по всей строгости. Пусть каждая затрещина, отпущенная сидельцу, воздастся негодяю сторицей. А нам вместо этого предлагают греблю с пляской. Вот видите, мы боремся за гуманность. Да это не гуманизм, это онанизм.

"Шильонский узник", Эжен Делакруа, 1831 год.

 
Это точка зрения осужденного. Но есть ведь и другая сторона – сотрудники мест лишения свободы. Как говорится, у каждого Павла своя правда. А сотрудники говорят следующее:

– Ну да, бывают, конечно, перегибы. Но вы и нас поймите! Никто ведь не рассказывает о том, как зэки провоцируют нас на противоправные действия. Оскорбляют, плюются, бывает, что и ударить пытаются. А когда получают «обратку» по полной, начинают выть: вот, гады-менты нас отметелили! Так чего же ты напрашивался?

Здесь предвижу возражения арестантов: мол, сотрудники мест лишения свободы ищут себе оправданий. Вы можете вообще в страшном сне представить, чтобы «сиделец» оскорблял «мента»? Это же просто дикая ложь. Разве зэк – сам себе враг, чтобы вызывать огонь на себя?

Увы, я вполне могу представить ситуацию с арестантами-«камикадзе». Вспоминаю, как однажды к нам в секцию рукопашного боя пришел один из ребят с солидным «бланшем» под глазом. Парень невысокий, но «качок», кмс по боксу, да и ногами отлично работал. А служил в следственном изоляторе контролером. Многие тогда шли вертухаями на несколько лет, чтобы затем попасть в милицейские школы и вузы. 

– Что случилось? – спрашиваем мы, указывая на синяк. 

Да вот, поясняет, мы с напарником вели нескольких подследственных, один заартачился, верзила, стал корчить авторитета. Я ему говорю: хорош щеки надувать, в камере будешь колотить понты. Он разворачивается и – хрясь меня кулаком по морде! Представляете?

"Прогулка заключенных", Винсент ван Гог, 1890 год


Представить такое прежде было бы невозможно. Но на дворе вовсю гуляла перестройка. Короче, парнишка продемонстрировал на этом мешке с дерьмом все, чему его учил тренер с многозначительной фамилией Кабанов. После этого наглеца отволокли в «кадушку» (карцер), а арестантский народ надолго притих: если коротышка такие фокусы с амбалами выделывает, то на что же тогда способны остальные?

Да, блатные нередко хамят и грязно матерят сотрудников, провоцируя на скандал, а сотрудники отвечают им сторицей, не жалея сил физических и духовных, дабы вернуть заблудших чад на путь праведный. 

Спору нет: к негодяям и обнаглевшим «быкам» применять жесткие меры необходимо. Это доказывает и практика. Когда в начале-середине 1990-х по стране прокатилась волна захватов заложников (в том числе и женщин-контролеров), бунтов в колониях и прочей «экзотики», казалось, что сбить ее невозможно. Но был отдан простой приказ: стрелять на поражение. Можете вести переговоры, обещать что угодно, но на пороге должны лежать трупы отморозков. Хороший бандит – мертвый бандит. И все. Очень скоро охотников на отчаянные дела не оказалось. «Дубарь» как наглядное пособие действует впечатляюще.

"Пятеро заключенных", Анри Симон, 1940 год


Да, строгость, жесткость и даже жестокость – пока неотъемлемые составляющие режима тюрем, СИЗО и колоний. Однако каждый шаг сотрудника, каждое движение и слово должны строго соответствовать закону.

«Правильно это быдло отмудохали»

Наконец, нельзя упускать из виду мнение «третьей стороны» – обычных законопослушных граждан, обывателей. Очень многие из них требуют: хватит чистоплюйствовать! Сотрудники мест лишения свободы вынуждены каждый день с разной сволочью возиться. Иногда приходится прикрывать глаза на нормы закона. Иначе не справиться. Добро должно быть с кулаками. 

Вспоминаю историю, которая произошла в 2012 году в ростовской колонии № 10. Группа офицеров оперативно-режимной службы избила осужденного, кавказца из пришедшего этапа за то, что он в грубой форме отказался сдавать гражданскую одежду и переодеваться в форменную и не отдал в стирку свою шапку. Били и руками, и ногами, а напоследок шапку засунули арестанту в рот. Все это снимали на видео, которое потом выложили в интернет. Пятеро пошли по статье 286 пункты «а, б» (превышение должностных полномочий с применением насилия и специальных средств). Максимальное наказание – десять лет лишения свободы.

"Масса других", Анри Симон, 1940 год


Конечно, потерпевший – не овечка невинная. Намотали ему «трешку с довеском» за разбой с причинением легкого вреда здоровью потерпевшего. Мало того, попав в колонию, кавказец вел себя нагло и вызывающе.

И дело не только в конкретном осужденном. Нынче в места лишения свободы попадают как минимум не лорды. Мразей и конченой сволочи здесь более чем достаточно. О таких на зоне говорят: «наглый, как колымский пидор». А в народе – «он без звиздюли, как без пряника».

Неудивительно, что далеко не все обыватели осудили преступление офицеров. Оказалось немало тех, кто пожалел «невинно пострадавших за справедливость». Вот несколько комментариев:

«Я считаю, что этому зэку так и надо, мало ему дали, надо было побольше накостылять, не надо было «быковать». А вам не желаю даже во сне вашем встретится с этим зэком. Нормальные мужики не грабят, не убивают. А этому надо было не шапку в рот, а его вонючие носки».

«Молодцы ребята!!! Так и надо это быдло вонючее отхаживать!!! Моей сестре такая же подобная тварь, которая уже сидит за разбой, голову проломила, чтобы отобрать телефон и деньги. И нехрен защищать этого вонючего урку!!! Посадили тебя, мразь, так молча садись, я б ему эту шапку в другое место затолкал!!! А эти правозащитники задолбали уже! Вот бы им такую же урку в подворотне встретить ночью – как бы они запели!?»

«Правильно его отмудохали. Если каждое подобное туловище сотрудникам угрожать будет и свои правила устанавливать, то быстро на голову сядут и насрут на голову. Спуску не надо давать. Сотрудников жалко, за работу пострадали».

Источник: slate.fr


Увы, именно такая поддержка ведет к профессиональной деформации сотрудников правоохранительных органов не только в «крытках» и на зонах, но и следователей, прокуроров, работников полиции. И судей в том числе. Ведь при таком подходе вовсе не нужен профессионализм, специальные знания, навыки, изучение преступного мира и проч. Достаточно выбить показания, а виноват ли человек, неважно. Можно путем словесной казуистики подвести невиновного «под монастырь». Например, он известный уголовник. Не все ли равно, он совершал кражу  или кто-то из его приятелей? Не совершил, так совершит. Все равно по нему тюрьма плачет. Постучим по почкам, всунем в зад резиновую дубинку – и еще одно дело успешно раскрыто!

Причем чем дальше, тем разнузданнее становятся подобные «стражи закона». Нынче они легко фабрикуют дела не только против людей с криминальным прошлым; под «мусорской дубинал» легко может попасть любой россиянин, даже правопослушный «премудрый пескарь».

Источник: laughhouse.site


По данным Верховного суда, до сорока процентов приговоров в России признаются несправедливыми и отменяются. И это лишь то, что доходит до высших органов и рассматривается более или менее тщательно. То есть почти половина россиян была осуждена незаконно. Или бездоказательно

А дальше человек попадает в места лишения свободы. И ничего хорошего его там не ждет. Нас долго пытались убедить, что российская пенитенциарная система семимильными шагами несется по пути гуманизации. К сожалению, жизнь доказывает обратное. 

Вертухайские традиции в российских местах лишения свободы успешно поддерживались и развивались даже в самые «гуманные» годы. Физическое и моральное насилие над арестантами, их избиение и унижение – давняя национальная традиция. Ведет она начало от старорусских острогов, с царской каторги, продолжается и расцветает в ГУЛАГе, благоухает во время хрущевской «оттепели» (именно с легкой руки Никиты Кукурузного приняты такие драконовские законы в отношении осужденных, что Сталин кажется добрым дедушкой Мазаем), и вплоть до дня сегодняшнего.

Вот 1987 год, десятая колония на Гниловской. Один из арестантов сидит на корточках, красит бордюр. Рядом – ведро с белой краской. Оперативник подкрадывается и дает арестанту пинка. Тот летит, ведро переворачивается, парень испуганно вскакивает, весь в краске… Опер хохочет.

– Зачем?! – ошарашенно спрашиваю его.

– Пусть свое место знает, падло! – рыгочет опер.

Став редактором «тюремной» газеты во время перестройки, я начал поднимать в газете и такие острые темы. Меня таскали на «ковер», грозили, воспитывали, увещевали. Интеллигентный сотрудник отдела воспитательной работы, Дмитрий Алексеевич, внушал: «Саша, не витай в облаках! Это жестокий, зверский мир. Зачастую осужденный сам хочет, чтобы ему дали в морду. Это как бы проверка: настоящий начальник перед ним или размазня. Дашь слабину – они тебя растопчут». Замполит одной из колоний прямо заявил: «Если я запрещу бить зэков, у меня все офицеры разбегутся!».

Источник: laughhouse.site


Но били не только сотрудники. «Кумовья» (режимники и оперативники) набирали для себя штат «членов самодеятельных организаций осужденных» – среди арестантского сообщества такие «отступники» получали название «козлы», «красные», «вязаные» (носили красные повязки) и проч. Их ненавидели больше, чем сотрудников колоний. Этим «полицаям» из СДП – секции дисциплины и правопорядка (позднее СПП – секция профилактики правонарушений) – дозволялось избивать непокорных самым жестоким образом. Чтобы сам офицер руки не марал. 

Когда я написал о таких порядках, царивших в Азовской воспитательной колонии, начальник службы исполнения наказаний вызвал меня к себя и сказал: «Все это чистая правда. Но писать об этом не смей!».

Стоп! – может сказать здесь читатель. Автор, ты заморочил голову и нам, и себе. Да, ты привел мнения и осужденных, и сотрудников мест лишения свободы, и обывателей. И у каждой из сторон есть свои, казалось бы, железобетонные аргументы в защиту собственной точки зрения. Но что ты сам думаешь? Как, на твой взгляд, изменить систему наказаний к лучшему? И вообще, возможно ли это?

У Аллы Пугачевой есть прекрасная песня с такими стихами Леонида Дербенева:

А мир устроен так, что все возможно в нем,
Но после ничего исправить нельзя.
 

Источник: laughhouse.site


Я это к тому, что с рецептами надо быть осторожнее. Владимир Познер часто говорит о том, что дело журналиста – не давать советы, а обозначать проблему, показывать ее со всех ракурсов. Я не совсем согласен с этим мнением, но есть в нем рациональное зерно. Самое последнее дело – бросаться из крайности в крайность. Вчера ты бил зэка в рыло сапогом, сегодня извиняешься за непрожареный бифштекс. 

Одно могу сказать: недопустимо, чтобы между «жуликами» и «ментами» не было никакой разницы. Очень трудно не сорваться, находясь среди не самых лучших представителей рода человеческого. Но если не можешь, лучше уйди. Так будет честнее. Хотя сознаю, что подобный призыв – глас вопиющего в пустыне. 
 

Комментарии (0)
- Пока еще никто не прокомментировал.
Нахальные известия
25.05.2019 23:24

В последнее время в мире распространяются браки, заключенные с минимальным количеством участников процесса. То есть жениться (или выйти замуж) на самом себе (за саму себя) стало юридически возможно и даже круто

24.05.2019 01:06

Всемирно известный британский уличный художник Бэнкси инкогнито принял участие в венецианском биеннале, но местные полицейские не поняли его искусства

23.05.2019 00:29

В российском Центробанке намерены добиться запрета продажи купюр, схожих с настоящими. Сейчас продавцы и изготовители сувениров не несут ответственности, ведь на купюрах указано, что они шуточные. Тем не менее случаи мошенничества с использованием таких купюр происходят почти ежедневно

23.05.2019 00:14

В России раскрыта деятельность шайки мошенников, работающих под видом медицинских работников. За время «лечения» им удалось обмануть свыше 11 тысяч человек, нанеся общий ущерб на сумму более миллиарда рублей. Правоохранительные органы возбудили уголовное дело по статье 159 УК РФ, по которой в настоящее время проходят 25 человек

21.05.2019 16:29

Сотрудники силовых ведомств провели обыски в кабинете и дома у заместителя губернатора Ростовской области Сергея Сидаша. Арест грозил заместителю губернатора с февраля, именно тогда правоохранители начали расследование обстоятельств обустройства территории вокруг ростовского футбольного стадиона

21.05.2019 00:47

Попытка побега из таджикской тюрьмы 19 мая 2019 года превратилась в вооруженное столкновение, в результате которого погибли, как минимум, 32 человека

Тёрочки
РЕКОМЕНДУЕМ ПРОЧИТАТЬ
Товар успешно добавлен в корзину