00:50   27 мая
Оперативники задержали в Московской области мужчину и женщину, похищавших деньги со счетов компаний с помощью фиктивных исков. Криминальная парочка, по информации правоохранителей, умыкнула около 20 миллионов рублей. А чтобы омолодиться и заодно уйти от преследования мужчина сделал пластическую операцию
папа в колыбели, Ростов-папа

Портняжки с дубовыми иглами

Текст: Сергей Кисин Фото: Русское агентство новостей, cont.ws
13.03.2019 22:23
2.4K
Ростовские бандиты – особая категория преступного мира города-папы царских времен. Воровской люд, боровшийся за «чистоту профессии», их не любил и всячески дистанцировался. В периоды политических кризисов именно бандиты-«вентерюшники», пользуясь анархией, выходили на первый план и устраивали в городе настоящий кровавый беспредел

Наиболее опасным для обывателей видом криминального промысла в Ростове считались разбой и бандитизм. Ограбления с применением холодного и особенно огнестрельного оружия зачастую влекли за собой тяжелые «поранения», смерть жертвы и даже случайных свидетелей. Взявший в руки «лявер» (так в Ростове величали револьвер) и бестрепетно его пускавший в дело уркач считался не «босяком» и тем более не «шпандриком», а «голимым гайменником», с которым честному бродяге и посидеть было зазорно. Ростовская воровская «хевра» старалась держаться от таких подальше, всячески выдавливая со своей территории. Оттого и местом своего «гужевания» подобные типы избрали город-спутник Нахичевань. 

Полиция определяла географические границы вентерюшного «Горячего края» от Бульварной площади до церкви Сурб-Григора вдоль 2-й Успенской улицы к 31-й, 33-й, 35-й линиям, где «портняжили с дубовыми иглами». 



Выбор отнюдь не случаен и вполне обоснован. Это глухой юго-восточный угол Нахичевани, куда не сует нос активная ростовская сыскная полиция. Находится равноудаленно от 6-го (1-я Федоровская-19 линия) и 7-го (2-я Соборная-30 линия) полицейских участков. «Горячий край» примыкает к берегу Дона в районе Салаганского бугра, изрезанного промытыми речными водами глубокими пещерами, в которых местные жители добывали песок и камень. Отсюда рукой подать до Зеленого острова, а через него при крайней опасности легко перемахнуть и в Задонье. 

Здесь же проходила ведущая к порту тупиковая ветка Юго-Восточной железной дороги, которая изначально и была основной целью «серых». На проходящие на малой скорости грузовые вагоны с нахичеванских круч слеталась стая налетчиков и на ходу взламывала замки и сбрасывала на землю тюки с кожей, мануфактуру, ящики с табаком, сахарные головы, одежду, шляпы и т.п. Внизу уже ждали подводы, которые везли добычу прямиком на нахичеванский или ростовский рынки либо к «прибитым» торговцам, либо на склад к знакомым «блатер-каинам». 
Источник: Русское агентство новостей

Со временем поезда начали пускать с вооруженной охраной, и «серым» пришлось свои четко организованные налетные орды переквалифицировать в налетчиков уже рангом повыше и поопаснее. Теперь они получили название «вентерюшников» (от донского невода – вентеря, цилиндрической сетки с деревянным или металлическим ободком, рассчитанного на мелкую рыбешку). «Глядите, братцы, рыба плывет». Группа налетчиков из 5-10 обломов на улице «ставила вентерь» - расходилась веером, чтобы жертве некуда было бежать, а нападавшим удобно было атаковать с разных сторон. Для убедительности случайно угодившему в «вентерь» робкому «грачу» демонстрировался кистень, дубина, финский нож, револьвер. И тогда тот вынужден был расстаться с пальто, кошельком, часами, украшениями. Зачастую предмет демонстрации пускался в дело, «повязывая кровью» всех участников подобной рыбалки. Мужчин избивали, калечили, женщин насиловали. Порой перевозили на другой берег Дона и держали несколько дней в заложниках, пока родственники не соберут выкуп. 



В теплое время года многочисленным отдыхающим на воде лучше было не заплывать на лодках в «зону ответственности» нахичеванской братии, ближе к Зеленому острову. В погоню поднималась целая пиратская флотилия. И тогда ограбление и изнасилование можно было считать еще относительно удачным исходом для себя. 
 
ОТВЕЧАЮ!

Непременным атрибутом классического «вентерюшника» считался красный шелковый пояс, из-под которого демонстративно выглядывала цепочка закрепленной на ней финки. 

В ранней молодости «серым» был будущий начальник Доноблмилиции (1927-1929 годы) Евгений Трифонов (неплохие параллели со Станиславом Невойтом), прошедший каторгу и «дядину дачу». Его сын писатель-эмигрант Михаил Демин, тот самый автор романа «Блатной», тоже достаточно отдал «кандальным университетам» уже после Великой Отечественной войны. Его племянник также известный советский писатель Юрий Трифонов рассказывал: «Евгений был грузчиком в порту, рабочим на мельницах, масленщиком на товарных пароходах, служил одно время в казачьем полку, откуда ушел самовольно, потом сошелся с босяками, с шайкой ростовской шпаны, так называемых «серых», терроризировавших окраины Ростова и Нахичевани. «Серые» одевались франтовато, с особым шиком, носили широкие пояса. («Не бойся, меня, а бойся моего красного пояса!» — там, мол, нож.) У шайки происходили стычки с молодыми рабочими, которые оказывали сопротивление «серым», поножовщина. Но вскоре Евгений отбился от «серых», почувствовал к ним отвращение».

Показательно, что в отличие от богатяновских воров, запрещавших «мусорить в своем доме», нахичеванские бандиты поначалу выходили на промысел именно на своей территории.  

Когда «вентерюшникам» стало тесно в пределах «Горячего края», они сбивались в волчьи стаи и выходили на «охоту» в центр города или в соседний Ростов. Там, подальше от дома, в незнакомых местах у налетчиков вовсе срывало тормоза, и кровавые расправы с пытающимися оказать сопротивление жертвами были неминуемы. 

Настоящие рыбаки-вентерюшники, конец XIX века

По утверждению Александра Гурова, «уголовные традиции этой категории преступников соизмеряются веками. Жестокость способов совершения преступлений, вызывающая большой резонанс в обществе, тяжесть правовых последствий в случае разоблачения, специфика сбыта похищенного имущества обусловливали необходимость объединения грабителей в хорошо замаскированные сообщества, порой численностью до 100 и более человек».

Как и во всей местной «хевре», у «вентерюшников» не принято было делить своих отморозков по этническому признаку, поэтому их шайки носили традиционно ростовский интернациональный характер. 

К примеру, в 1902 году в Ростове ликвидировали шайку профессиональных «вентерюшников» во главе с бежавшим из бахмутской тюрьмы приговоренным к каторге белорусом Владимиром Кривцевичем. В ее составе были малороссы - «кувыркало» Гавриил Вишняк и четырежды судимый Даниил Статилкин, еврей Мойша Хацкевич, русский каторжник Василий Черников и налетчик Николай Федоров. Они кувалдами крушили входные двери в контору пивоварни «Южная Бавария», в турецкую пекарню Хахили Мусса-Оглы, в квартиру греческого подданного Николая Травло, грабили, устраивали яростные перестрелки с городовыми. 

Легендарный «бог» нахичеванских «вентерюшников» Диомид Свистунов («Свистун»), переквалифицировавшийся из «домушников», вел за собой также интернациональную шайку. В 1907 году он поставил своеобразный рекорд - за неделю совершил семь налетов «с кровавой юшкой». 

Подобная же шайка во главе с нахичеванским отморозком Георгием Еговитовым (как раз из переселившихся на Дон крестьян Нижегородской губернии) в ночь на 18 февраля 1911 года совершила нападение на квартиру супругов Тартаковер (доходный дом Ивана Куксы на Соборном). Глава семьи австрийскоподданный Герман Тартаковер, выкрест-лютеранин и владелец крупного галантерейного магазина «Конкуренция» на Большой Садовой, 59, был богат и уважаем в обществе. Его сын Савелий Тартаковер, будущий выдающийся гроссмейстер, жил в Вене и был уже победителем крупных шахматных турниров. 

Жорка Еговитов классически «захороводил» прислугу - приказчика магазина семнадцатилетнего Ваньку Прилуцкого. Тот, обиженный на хозяев за предстоящее увольнение, открыл шайке парадную дверь. После чего громилы связали проснувшуюся кухарку и набросились с ножами на престарелую пару. Пытали стариков так тщательно, что потом их хоронили в закрытых гробах, настолько тела были изуродованы. 



Выходцами из Нахичевани была и еще одна крупная и опасная шайка «вентерюшников» «Яшки Лоскута» (в миру Яков Синеглазов). Она орудовала в городе свыше десяти лет, несколько раз обновляя свой состав по мере отстрела своих бойцов. В конце концов уже во время Гражданской войны отстреляли уже самого «Лоскута». Осколки шайки собрал двацатиоднолетний«Санька-Бобук» («бобук», «бобик» - патрон на байковом языке), многообещающий налетчик из числа бывших фронтовиков. В свое время он работал на заводе Федора Дедушенко в Нахичевани, на лесопилке Петра Максимова, откуда был мобилизован на германскую войну. После тяжелого ранения вернулся в родную уже революционную Нахичевань и за неимением работы, но при наличии боевого опыта подался к местной бандитской «хевре». После известной нам уже истории с убийством им вора Ваньки Хазизова и доказательства своей правоты на воровском сходняке стал вторым по значимости в шайке «Лоскута». Он за короткое время для доказательства своей состоятельности, как «бога» совершил 25 грабежей и убийств (ограбления фельдшера нахичеванских боен, владельца мыльного завода, извозчика, купца, убийство стражника, одного из подельников, сожительницы Синеглазова, так как боялись, что она пойдет в полицию и пр.).   

Ликвидировали остатки банды «Лоскута» уже в 1919 году. 24 августа «Бобук» и его подельник Антон Лис пытались бежать, но были застрелены охранниками. 

Интересна история еще одного известного «вентерюшника»-долгожителя Степки Машилова («Казанчик»), профессионала с царских времен. Со своей шайкой он прошел всю «смутную эпоху», неуловимый ни царской, ни керенской, ни красновской, ни деникинской полицией. «Облопался» лишь в декабре 1921 года перед пролетарскими непрофессионалами Ивана Художникова. Но и этим он приделал «заячьи уши». Убедил, что раскаялся и готов показать родную «хазу» в Нахичевани. Обрадованные сыскари заспешили туда, но не рассчитали прыти «Казанчика», который с милицейской пролетки тут же сквозанул в ближайшую подворотню. По нему открыли частую пальбу и подстрелили бегунка, зарывшегося со всего маху в сугроб. Выдернули из сугроба, пощупали пульс, обескураженный сыскарь подытожил: «Капец гниде».



«Гниду» поволокли за ноги в 5-й райотдел милиции. Там труп обшарили, раздели и сгрузили в «холодную», дабы утром отвезти в мертвецкую Николаевской больницы. 

Поутру дежурный милиционер орал благим матом на весь райотдел – «труп» ночью выдавил раму в «холодной» и растворился во мгле. 

Следы «трупа» вскоре обнаружили аж на станции Каялы-Степная, в тридцати верстах от Ростова, где на теплой «хазе» кантовались известные налетчики Павел Зорин-Заикин («Пашка-Дух») и Угринович («Спевак»). 

Облаву возглавил помощник главы Донугро Ивана Художникова Петр Михайлов. На «хазе» взяли безвременно усопшего «Казанчика» и двух бандитов из разгромленной шайки «Яшки Лоскута» - Сергеева и Чернышева.  

Но живуч оказался нахичеванский «жиган». Выйдя на свободу, он вновь сколотил шайку из двадцати двух местных «серых», назвав ее ностальгически «Черные маски» (такая орудовала в Ростове в начале 20-х).

Уже в период первых пятилеток его «маски», помимо привычных уличных грабежей, совершили налеты на два десятка магазинов единой потребительской кооперации (ЕПО) в Ростове и Нахичевани. А вот этого Советская власть «жиганам» уже не прощала – не замай народное добро, грабь награбленное только нэпманами и буржуями. В апреле 1930 года скоротечный суд отправил семерых «масочников» на свидание к «Яшке Лоскуту», а остальных в долгую командировку на Беломорканал. 

Источник: cont.ws

Впрочем, к началу ХХ века Нахичевань перестала быть чисто армянским городом. Титульный этнос пока еще занимал ведущие позиции в местной управе и думе, селился в центральных кварталах города, но большая часть населения уже имела славянское происхождение. Появление крупных предприятий привлекло в Нахичевань большое количество крестьян из центральных губерний России, расселившихся по окраинам и размывших армянскую самобытность «Нор-Нахичевани». Как раз этой окраиной и стал «Горячий край».

Другими подобными окраинами были Берберовка, Александровка, пограничный с Ростовом Байковский хутор. С севера их опоясывала зеленая россыпь Балабановских рощ, тянувшихся от Кизитиринской балки до самого Темерника. Это дендрологическое царство стало настоящей находкой для местных разбойников и грабителей, обустроивших здесь целые «вентерюшные» логовища. 

Впрочем, в этом ростовском Шервудском лесу классические «вентерюшники» только скрывались, охотились же на прохожих и гуляющих главным образом обычные «гопстопники» и «скокари». Разбойно-душегубский элемент по привычке предпочитал «большую дорогу» - предместья Ростова, старинные курганы, Таганрогский тракт, Новочеркасский шлях, камышовые заросли под Батайской. Здесь можно было, не опасаясь полиции, «гулеванить» на дорожке прямоезжей, грабя спешащих на базары окрестных крестьян и нападая на загородные дачи ростовцев.  

Примерный план шервудского леса-на-Дону

Начало ХХ века — эпоха последних донских разбойных атаманов, наводивших ужас на окрестный люд. Вероятно, наиболее одиозным из них был гроза ростовских предместий Терентий Ярошенко, который много лет со своей ватагой бесчинствовал в степи. Он никогда не скрывал от своих жертв ни лица, ни имени. Напротив, старательно подчеркивал, что именно он, Терешка Ярошенко, в данный момент обдирает «терпилу» как липку. Бойся, сявка, и другому передай – сам «бог» тебя взял за хоботок, не погребовал. Подручным Терешки был известный нахичеванский «вентерюшник» Афанасий Сучмезов (он же Ованесов). С его подачи шайка громила нахичеванских земляков. Были ограблены бакалейщики Адриан и Андрей Шмитько, торговец Михаил Полтавский, фурщик Иван Жученков, перевозивший товар из Александровки в Нахичевань. 

18 октября 1910 года шайка вдребезги разнесла почтово-телеграфное отделение в селе Самарском, похитив денег и ценностей на десять тысяч рублей.

У Терешки везде были свои «языки», «послухи» и «очи», он слыл у полиции неуловимым и «облопался», как водится, по глупости – из-за дамских очей. В июне 1911 года в Ростове его взяли при облаве с браунингом в кармане. 

Еще одним видным атаманом был легендарный «стрелец савотейский» из Верхнеудинска Егор Мякутин. За убийство он был осужден на вечную каторгу на Сахалин. Однако не смирился и восемь раз бежал. В девятом побеге ему уже помогли оккупировавшие в 1905 году половину острова японцы, которым местные отморозки самим были ни к чему. Вместе с ним на Дон прибыли подобные же «бойцы» - Федька Черников («Андрей Семисотский», осужден за многократные убийства), Егорка Шарапов («Петр Манзура», осужден за убийство в Новочеркасске полковницы Шамшевой), Василий Супрун («Васька Будара») и др. Ватага вовсю «шалила» на Таганрогском тракте, отлеживаясь на нахаловских «малинах». Там она и «влопалась» в ноябре 1905 года в лимонадной лавке на Никольской, в доме бандерши Семикиной. «С виду Мякутин - красивый, интеллигентный юноша», – писал об отморозке местный репортер.



В ходе первой русской революции резко выросли нападения на окрестные поместья и экономии.  

В 1906 году по региону прокатилась целая волна насилий. В мае под Нахичеванью был ограблен и убит богатый овцевод австрийский негоциант Строй, застрелены армянские поселяне Туварджиев и Хатламаджиев. Предполагалось, что виновником этого стал известный нахичеванский разбойник Ступак, ограбивший до этого Петропавловскую церковь в селе Кугей. В декабре вооруженного до зубов налетчика взяли на хазе в Нахичевани.    

В сентябре разгрому подверглась экономия крупного помещика Нефедова. Налетчики избили и связали семью землевладельца и его прислугу, перерыли весь дом и похитили ценностей на сумму в 1,4 тысячи рублей. 

В ноябре та же судьба постигла усадьбу помещика Кресса. И то, и другое было делом рук разбойничьей шайки беглого каторжника Ермакова. 

Чуть позже было разгромлено имение помещика Тарабанова, дом Франца Лехнера  в немецкой колонии Ольгенфельд Ростовского округа (на побережье Азовского моря). Налетчики убили хозяйку Луизу Лехнер, разбросали по колонии бомбы, постреляли скот и умчались на черном автомобиле, что в то время было в диковинку. Вероятно, это был первый на Дону документально засвидетельствованный случай использования новомодного авто в криминальных целях.

Виновных в налете 1910 года на Ольгенфельд тогда так и не нашли. Однако вскоре таинственный автомобиль вновь объявится. 

Активность ростово-нахичеванских «вентерюшников» шла по синусоиде, а ее апогей приходился на смутные времена: первая русская революция и поражение в русско-японской войне, первая мировая война и крушение Империи, гражданская война и младенчество органов правопорядка Советской России. Поражение в войнах, огромные жертвы от баталий, голода и эпидемий, озлобление населения, большое количество оружия на руках и утрата контроля над ситуацией со стороны полиции-милиции способствовали тому, чтобы народ-богоносец попрал веками вырабатываемые ценности и выплеснул наружу тщательно хранимую в подвалах души пугачевщину. Под чутким руководством революционных циников россияне свалили сначала самодержавие, а затем православие и саму народность. Ценность человеческой жизни упала до уровня донского чернозема, а душегубство утратило свою религиозную аморальность. 



В эпоху «человека с ружьем» лучше условий для генезиса «вентерюшной власти» не придумаешь. В ряды «политических» и уголовных бандитов верстались массы разорившихся от смуты рабочих и крестьян, пытавшихся спастись от голодной смерти за счет ограбления и убийства других. И пока правительство большевиков не решилось уйти от пагубной политики военного коммунизма, конца этой рекрутчины не предвиделось. 

Именно поэтому синусоида бандитизма держалась в своей точке экстремума по ординате почти целое десятилетие, до тех пор пока власть не нашла мудрости лишить «вентерюшников» своей социальной базы: пристроить городской пролетариат к заводскому труду, а сельский - к свободному рынку. После чего естественная убыль боевого ядра нахичеванских налетчиков свела их долю на криминальном атласе Ростова к концу 20-х годов к минимуму.



 
Комментарии (0)
- Пока еще никто не прокомментировал.
Нахальные известия
25.05.2019 23:24

В последнее время в мире распространяются браки, заключенные с минимальным количеством участников процесса. То есть жениться (или выйти замуж) на самом себе (за саму себя) стало юридически возможно и даже круто

24.05.2019 01:06

Всемирно известный британский уличный художник Бэнкси инкогнито принял участие в венецианском биеннале, но местные полицейские не поняли его искусства

23.05.2019 00:29

В российском Центробанке намерены добиться запрета продажи купюр, схожих с настоящими. Сейчас продавцы и изготовители сувениров не несут ответственности, ведь на купюрах указано, что они шуточные. Тем не менее случаи мошенничества с использованием таких купюр происходят почти ежедневно

23.05.2019 00:14

В России раскрыта деятельность шайки мошенников, работающих под видом медицинских работников. За время «лечения» им удалось обмануть свыше 11 тысяч человек, нанеся общий ущерб на сумму более миллиарда рублей. Правоохранительные органы возбудили уголовное дело по статье 159 УК РФ, по которой в настоящее время проходят 25 человек

21.05.2019 16:29

Сотрудники силовых ведомств провели обыски в кабинете и дома у заместителя губернатора Ростовской области Сергея Сидаша. Арест грозил заместителю губернатора с февраля, именно тогда правоохранители начали расследование обстоятельств обустройства территории вокруг ростовского футбольного стадиона

21.05.2019 00:47

Попытка побега из таджикской тюрьмы 19 мая 2019 года превратилась в вооруженное столкновение, в результате которого погибли, как минимум, 32 человека

Тёрочки
РЕКОМЕНДУЕМ ПРОЧИТАТЬ
Товар успешно добавлен в корзину